С другой стороны, полагал Уивер, сниженная способность к критическому рассуждению позволила им биться за жизнь вопреки логике, мучавшим летчиков голоду и жажде, одолевавшей их усталости. Человек в здравом уме лег бы на ледник, свернулся калачиком и умер во сне.
Все три летчика исхудали, глаза ввалились. В ближайшие дни их ожидали проблемы со сном: они вскакивали среди ночи, содрогаясь от ужаса: им снилось, что они снова одни на леднике, хотя на самом деле были в тепле и безопасности.
Гудлет, Нэш и Уивер провели на борту «Нортленда» шесть недель, радуясь тому, что остались живы, и постепенно восстанавливая пошатнувшееся здоровье. Позже они расскажут свою историю многочисленным журналистам, будут позировать для фотографий, а потом с интересом перечитывать свой рассказ в журналах и даже в книге комиксов, вышедшей под названием «Затерянные в Арктике».
Когда спрашивали, что заставляло их бороться за жизнь, Уивер отвечал: «У Дэйва были жена и маленькая дочь. Эл беспокоился о матери, которая осталась одна в Виннипеге. Я думал о своей жене. Понимаете, что я имею в виду? Нам было, ради кого жить».
Героизм Джона Притчарда не остался незамеченным. Скромный молодой лейтенант был всего лишь пилотом бортового гидросамолета. Но он вызвался повести группу спасателей, управлял моторной лодкой, карабкался по леднику, рискуя собственной жизнью, чтобы вызволить из ледового плена трех человек. Он и капитан «Нортленда» Фрэнк Поллард были награждены Медалью ВМФ и Корпуса морской пехоты – второй по значимости небоевой наградой за мужество.
В приказе о награждении лейтенанта, в частности, говорилось: «Разумное планирование, бесстрашное руководство, личная доблесть Джона Притчарда помогли удачно провести операцию по спасению попавших в беду людей. Он действовал в лучших военно-морских традициях США».
А ютившимся тем временем в хвостовой части бомбардировщика «В-17» «PN9E» летчикам нечего было праздновать. Команда Монтеверде и не знала, что трое отчаянных канадцев решились на опасное путешествие по льду. Экипажу «В-17» вообще ничего не было известно о крушении «А-20». И это было не так важно. После падения Гарри Спенсера в расселину не могло быть и речи о том, чтобы идти к побережью.
С другой стороны, Монтеверде, Спенсер и O’Хара обсуждали, не стоит ли всей команде или некоторым из них отправиться к метеостанции, расположенный в противоположном от берега океана направлении. О ее существовании они узнали из найденной в кабине пилота карты. Пол Спина присоединился к разговору офицеров и сказал, что такой поход – самоубийство. Он предпочел бы остаться в самолете, чем замерзнуть, не имея укрытия, где-то среди снегов. В конце концов с ним все согласились.
Однако организаторы поисковых операций должны были сделать вывод из успеха корабля в спасении Гудлета, Нэша и Уивера. Им следовало понять, что нужно больше привлекать береговую охрану к поискам экипажей «В-17» и «С-53», которые к тому времени числились пропавшими уже довольно долго: первый – две недели, второй – восемнадцать дней.
После того, как «Нортленд» взял на борт канадцев, экипаж получил поздравительную телеграмму от контр-адмирала Эдварда «Айсберга» Смита, командующего Гренландским патрулем. В ней говорилось: «Молодцы, так держать! Предлагаю «Нортленду» продолжать поиски «Бейкера-семнадцать» и «Каста-пять три»[50].
Спасатели не забыли, что их боевые товарищи замерзают где-то среди льдов. У Притчарда и его биплана еще появится возможность вернуть отчаявшихся людей домой.
8
Святой Грааль
Январь 2012 года
Если Пентагон можно сравнить с боевым кораблем, то штаб-квартиру Береговой охраны – с буксиром. Она находилась у устья реки Анакостия на дальней юго-западной окраине Вашингтона. Здание было под стать самой службе – непритязательное и функциональное.
Лу явился туда в яркий и солнечный зимний день. Большой холл первого этажа напоминал приемный покой скромной муниципальной больницы в небольшом городке. В нем витал резкий запах клея: в одном из ближайших к холлу коридоров рабочие укладывали новые плитки взамен отвалившихся или треснувших. Уборщик, крупный парень, энергично тер пол шваброй. Скучающие охранники, развалившись в креслах, обсуждали недавно просмотренные боевики.
Появление в этих стенах «охотника на уток» Лу Сапиензы сложно было не заметить. Его громкий и узнаваемый голос был слышен задолго до того, как на сцене появлялся его обладатель. Он звенел, как металл в металлодетекторе, и резонировал, будто отскакивая от стен и гулко прокатываясь по коридорам ведомства. Лу явился сюда, чтобы еще раз обсудить с чиновниками денежные вопросы. Без государственных средств невозможно было отправить команду в Гренландию на поиски пропавшего «Груммана» и останков его экипажа.
И вот Лу снова приехал в Вашингтон, где последний раз был три месяца назад. В штаб-квартире Береговой охраны он чувствовал себя довольно уверенно. Здесь его уж точно примут дружелюбно. Героическая история самолета «Грумман дак» давно стала культовой для всех, кто имеет отношения к этой службе. И руководство Береговой охраны наверняка желает, чтобы проект Сапиензы увенчался успехом. Несмотря на то, что в здании штаба свободного места немного, здесь хранилась несколько уменьшенная, но очень точная модель знаменитого биплана. Уже многие годы сотрудники говорили о том, что надо бы вернуть оригинал, вытащив его из-под ледовой шапки.
Но бюджет ведомства относительно невелик (он составляет около 10 миллиардов долларов в год), и возможности его ограниченны. Поэтому в тот день Лу намеревался выступить не столько перед служащими Береговой охраны, сколько перед военными и гражданскими, работающими в Департаменте министерства обороны США по поиску узников войны и пропавших без вести военных, то есть перед теми самыми людьми, которые оказали ему весьма холодный прием в октябре.
Береговая охрана – своего рода белая ворона среди других родов войск армии США. Ее часто использовали как «универсальный инструмент» на все случаи жизни. Перед ее кораблями ставились боевые задачи (в частности, по охране границ), они также участвовали в поисковых операциях, гуманитарных и экологических акциях, надзирали за соблюдением закона и безопасностью в территориальных водах своей страны, пресекали контрабанду наркотиков. Большинство операций все же не являлись оборонительными, поэтому в разные эпохи Береговая охрана подчинялась разным инстанциям – от министерства финансов до министерства транспорта. А сейчас она находится в ведении министерства внутренней безопасности.
При этом в военное время Береговая охрана может выполнять приказы руководства флота, как это было во время Второй мировой войны.
Надо сказать, что при всем разнообразии функций это ведомство, к несчастью для Лу, не занимается поиском пропавших во время минувшей войны военнослужащих, а также их боевых машин. Такую работу курирует крошечное подразделение могущественного министерства обороны, ворочающего общим годовым бюджетом в 525 миллиардов долларов.
Но, так или иначе, руководство Береговой охраны заявило, что готово участвовать в операции по поиску «Груммана» и обещало выделить транспортный самолет «С-130» «Геркулес», чтобы доставить Лу, его поисковую команду и все необходимое оборудование в Гренландию. К тому же ведомство пообещало предоставить поисковой группе консультативную поддержку и материалы и исследования, связанные с проектом. И, наконец, именно оно предоставило Лу площадку для новых переговоров с представителями Департамента министерства обороны США по поиску узников войны и пропавших без вести военных.
Лу готовился к очередному бою. Он, казалось, забыл, насколько скептически отзывались люди, которым он рассылал электронные письма, о проекте стоимостью в миллион долларов, включавшем поиск и возвращение на родину биплана «Грумман дак», транспортного самолета «С-53» и останков экипажа Макдауэлла. Лу будто бы и не беспокоило, что на тот год общий бюджет Департамента по всем проектам составил 22 миллиона долларов. Да и сотрудников, готовых заниматься новыми заявками в учреждении было немного: весь его штат составляли 47 военных и 87 гражданских лиц. Но главная проблема заключалось в том, что в 2012 году уже были приняты решения по нескольким поисковым операциям: команды должны были направиться в Сербию, Польшу, Чехию, Румынию и Тунис. Все эти страны находились в тысячах километрах от Гренландии. Ни одна из них не была расположена хоть сколько-нибудь близко от ледяного острова.
Однако Лу гнал от себя неприятные мысли. Он был на подъеме. В тот день он надел флисовую кофту на молнии, щедро украшенную яркими нашивками. Самая броская из них представляла собой эмблему «Утиной охоты». На другой красовался логотип возглавляемой Сапиензой исследовательской компании North South Polar Inc. Еще две тоже отличались кричащими цветами: одна была посвящена экспедиции по поиску экипажа «С-53», а другая – проекту по возвращению из Антарктиды потерянного во время Второй мировой самолета ВВС флота, носившего гордое имя «Георг I».
